01.10.2012
Люк

Возвращаясь ночью домой, я насвистывал под нос мелодию любимой песни. Вокруг было странно тихо, обычно ночью этот район оживляется: на лавочках обнимаются влюблённые парочки, на парапетах в окружении молодёжи призывники играют на гитарах, напевая что-то из Виктора Цоя, а сегодня ни души. Слушая тишину, я всё так же бодро шагал по тротуару, не смотря себе под ноги. Ведь как минимум два раза в неделю ходил этой дорогой.
Сделав очередной уверенный шаг, я провалился в какую-то яму, оказавшись в кромешной темноте. Сильно ударившись, несколько минут не шевелился, пытаясь сообразить, что же произошло. На моей памяти ничего разрытого в этом районе не было. Немного подумав, я достал из кармана мобильный телефон и осветил им пространство, связи здесь почему-то не было, видимо, слишком толстые стены перекрывали сигнал. Я упал в открытый люк. Здесь было глубоко, а ступенек наверх не оказалось, и насколько тоннель длинный было не разглядеть. Потолок низкий полукруглой арочной формы, с потёками грязи и ржавчины. Испугавшись своей участи, я принялся звать на помощь, но никто так и не откликнулся.
Я мог просидеть здесь до утра, ожидая помощи, но оставаться на месте, вдыхая затхлый запах сырости, мне как-то не хотелось. Подумав, что, возможно, в другом конце тоннеля есть выход, я отправился на поиски, прикинув, что на протяжении его должно быть ещё как минимум три люка. С двух сторон тянулись бесконечные трубы, а под ногами хлюпала холодная грязная вода, доходящая мне до щиколоток. «После такого приключения почти новые туфли придётся выбросить», - подумал я с сожалением. Чем дальше я заходил, тем удушливее стоял запах: воняло канализацией. Свет нигде не горел, хотя лампы для этого были – экономия прежде всего.
Найдя проржавевшие, крепящиеся к стене прутья в форме ступеней ведущих вверх, я засунул телефон в карман и полез по ним, как я надеялся, наружу. Спустя минуту я уперся руками в прохладное железо, достав из кармана телефон, убедился, что это люк и самонадеянно уперся в него двумя руками, но он даже не подался с места, будто прирос. Он был сделан из дешевого чугуна и весил, по меньшей мере, килограмм шестьдесят. Судя по стоявшему здесь запаху, он должен быть отмечен буквой «К» - канализация. В данной ситуации меня бы больше порадовал водопровод, но выбирать мне не приходилось.
Обречённо спустившись вниз, я, ссутулившись, пошёл дальше. Вот только спустя несколько метров тоннель разделялся на две ветки, и я, понадеявшись на свою интуицию, вошел в одну из них. Тут оказалось ещё грязнее, но к запаху я уже принюхался. Вокруг валялись тряпки и доски, похоже, зимой здесь любили бывать бомжи. Телефон на секунду погас, и в этот момент я с размаху напоролся на какую-то железку, разодрав себе штанину и глубоко поранив ногу. Рану саднило, и из неё струйкой стекала кровь. Теперь мне стало по-настоящему страшно, я никогда не страдал клаустрофобией, но вид тёмного тесного помещения и металлический запах крови, пробудили во мне ранее неведомые страхи. Выругавшись, я, прихрамывая, продвигался дальше. Не успел ступить и десяток шагов, как сзади послышался странный писк. Оглянувшись, я увидел в темноте пару маленьких светящихся глазок, и подумал было, что это котёнок, но когда животное подползло ближе, оказалось, что это огромная крыса. Она была сантиметров тридцать в длину, с таким же длиннющим, противным толстым хвостом и весила грамм пятьсот, если не больше. «Интересно, что надо есть, чтобы так откормиться?», - подумал я. «Наверняка заблудившихся бродячих кошек». Многие люди боятся крыс из-за их длинного голого хвоста, я же испугался её внушительного размера.
Крыса стала на задние лапы и принялась водить вокруг мордой, подёргивая усами, видимо, унюхала запах крови. Осмотревшись, я поднял небольшой камень и запустил в её сторону. Она отскочила назад, подняв шерсть дыбом и прижав уши. Оскалившись, крыса начала издавать странные звуки, будто у неё на зубах хрустел песок, но не сбежала. Спустя секунды к ней присоединилось ещё несколько собратьев, а я-то надеялся, что она такая упитанная тут одна. «Что же они едят? Наверняка по праздникам им попадаются бомжи и работники аварийных служб», - от этой мысли я поёжился, и сердце заколотилось у меня в глотке. Крысы постепенно прибывали, часть из них была тёмно-серого, а часть серо-бурого окраса. Они не приближались, но и не уходили.
Сейчас самым разумным решением было бы вернуться к месту, где я свалился в люк. Вот только крысы шевелящимся меховым ковром перекрывали мне дорогу назад. Не дожидаясь, пока они решаться подобраться ближе, я поспешил скрыться из виду, но они медленно шли следом, словно знали, что я от них никуда не денусь. От страха у моих ног будто выросли крылья, даже боль в ноге почти перестала ощущаться. Пробежав несколько метров, я остановился, прислушавшись, они всё так же меня преследовали, как волк золотоискателя в рассказе Джека Лондона «Любовь к
жизни», в надежде, что я вот-вот сдамся, и они благополучно меня сожрут. И было что-то в этих крысах странное помимо размера, несвойственное обычным грызунам. Подумать только, тысячи людей изо дня в день ходят по асфальтированным дорогам города и даже не подозревают, что под их ногами существует мистический мир, несущий угрозу человечеству.
Я всё шел вперёд, шлёпая размокшими туфлями по воде, и сейчас страх имел надо мной больше власти, чем надежда выбраться. «И почему я не остался на месте?!», - ругал я себя, уже уверенный в том, что преследующие меня монстры просто так не отстанут. Неожиданно я забрёл в тупик. Сердце в груди колотилось всё сильнее, перекрывая своим стуком, остальные звуки. Вокруг не было ничего, чем бы можно было отогнать преследователей, а они всё приближались. До моих ушей доносились звуки издаваемые десятками мелких лапок.
Когда крысиное полчище показалось на горизонте, мне не пришло в голову ничего лучше, кроме как молиться. Вот только в церковь я никогда не ходил и ни одной молитвы не знал, потому что раньше особой верой ни во что не отличался. И я как мог, обратился к Богу, прося его меня чудом вытащить из этого тоннеля и не дать умереть такой нелепой смертью, но всё ещё сомневался, что он мне поможет. С чего ему слушать того, кто никогда раньше с ним не говорил?! Я так долго ни во что не верил, что теперь под натиском страха готов был поверить во всё! Едва ли успев закончить свою спонтанную поспешную молитву, я будто теряя сознание, рухнул на пол, в горле застрял немой крик, и крысы настигли меня.
Вдруг я очнулся в собственной кровати, простынь подо мной промокла от пота. Включив ночник, я, тяжело дыша, потянулся к стоявшему на прикроватной тумбочке стакану с водой. Сделав несколько судорожных глотков, я всмотрелся в стоявшее рядом зеркало. Какой-то час страха избороздил мой лоб глубокими морщинами. Хорошо хоть не поседел. Нога болела, откинув одеяло, обнаружил ниже колена глубокую рану, а рядом с ней несколько следов от крысиных зубов. Зажмурив глаза, я улёгся обратно на влажную подушку и решил: пойду-ка я сегодня в церковь!

Автор: Кравчук Ольга
Автор: гость
Категория: Осенний конкурс

Всего комментариев: 2
 
1 IHMS   (02.10.2012 21:01)
Не знаю, поначалу абсолютно не привлекло. Да и в середине не тянуло. Но конец изменил отношение к произведению абсолютно и бесповоротно. Наверное, здесь именно тот случай, когда последнее слово меняет всё. Хоть, на мой взгляд, читается не очень легко, но рассказ мне таки понравился.
Есть некоторые недочёты, как то "Когда крысиное полчище показалось на горизонте, мне не пришло в голову ничего лучше, КРОМЕ КАК МОЛИТЬСЯ." Кажется, что всё-таки звучит немного коряво... Может как-нибудь перефразировать - "начать молиться"?
В любом случае, повторюсь, понравилось. Очень. smile

 
2 лайминка   (04.10.2012 03:34)
Забавно .. Ежели б от снов появлялись ощутимые метаморфозы с телом вернее всего исследование сновидений уже давно бы было поставлено на широкую ногу )

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Регистрация Вход